Боевая машина пехоты БМП-3

Дорога в жизнь и испытания жарой

    И тут второй жесткий удар машины о землю. На какое-то время потерял сознание, но скорей всего - на несколько секунд. Очнулся оттого, что лежу в странной позе - ноги сверху, а перед лицом в открытом люке - земля. И странная тишина вокруг. В голове сразу возникла мысль, что вдруг машина горит и надо побыстрей из нее выбраться (понасмотримся кинофильмов, потому "страшилки" на ум приходят).
    Попробовал пошевелиться, понял, что ничего серьезного не повредил, и ринулся на четвереньках из машины. Получилось нормально, потому что она лежала на боку. Вскочил, вокруг еще стояло облако пыли, поднятое машиной при опрокидывании. Взглянул на машину, вокруг и никого из экипажа не увидел. Стало жутко, в голову полезли самые худшие подозрения.
    И тут вижу искаженное гримасой лицо подполковника Абделы. Он сидит на рабочем месте водителя, руки у него внутри машины, а прямо на горло давит оборвавшаяся со стопора крышка люка, которая закрывается поворотом в горизонтальной плоскости. Он ничего не может сказать словами то ли от шока, то ли оттого, что горло придавлено крышкой. Я кинулся к машине, с трудом отвел крышку и освободил ему проем люка для выхода. Он стал вылезать, опершись на мое плечо, и тут я услышал, что сзади к нам бегут люди. Первые слова Виктора Воронкова: "Саня, слава Богу, ты жив!".
    Рядом лежали и полулежали остальные из нашего экипажа, машина стояла на левом борту невдалеке. Вид боевой машины пехоты в таком положении был очень странным, необычным.
    Генерал Аль Рьяни быстренько погрузил нас в свой джип и помчался по пустыне в одном ему известном направлении. Тут же на ходу он связался по мобильному телефону со своими службами, и механизм по нашей эвакуации закрутился. Тогда для нас еще было странным, что из глухой пустыни можно элементарно позвонить куда хочешь и решить любые проблемы.
    Генерал мчался по пересеченной местности со скоростью 100-120 км в час, аж душа замирала от такой гонки. Но настоящее испытание настало, когда выехали на автостраду. 160-180 км в час с движением по встречной полосе - это что-то! В голове возникла мысль: "На БМП не разбились, так здесь разобьемся!".

Выхлопной коллектор БМП-3, поставляемых в ОАЭ. Отличается от серийных машин наличием дополнительного вентилятора обдува радиаторов
    78. Выхлопной коллектор БМП-3, поставляемых в ОАЭ. Отличается от серийных машин наличием дополнительного вентилятора обдува радиаторов (сетка справа от коллектора)

    Минут через сорок приехали в Хамру, где нас уже ждали врачи местной воинской части. Пока ехали в машине, немного осмотрели друг друга - почти все были с многочисленными обширными ушибами лица, в крови и гематомах. Всех сразу же повели в рентген-кабинет искать переломы. Нашли только у меня - два ребра с левой стороны имели трещины. Еще у меня была сильно рассечена правая сторона лица. Мою голову спас зимний шлемофон, который я надевал в машине, как бы жарко не было. Потом в госпитале Воронков показал мне мой шлемофон с полностью оторванным правым телефоном, на месте которого могла бы быть часть моей головы. До сих пор я удивлен талантом военного хирурга в том госпитале. Он зашил мое лицо (восемь швов от брови через угол глаза до середины щеки) так искусно, что потом в России я долго не мог доказать нашим врачам, что у меня была травма лица, чтобы получить страховую выплату. Кстати, два сломанных ребра и рассечение на половину лица обошлись страховой компании в 121 рубль.
    Когда мы получили первую помощь, за нами прилетел вертолет, и нас отправили в столицу Абу-Даби в центральный госпиталь. Когда приземлились, к вертолету примчались четыре медсестры с колясками, в которые всех нас рассадили и повезли (женщины!) через все поле в госпиталь. Это нам показалось странным, поскольку мы уже могли сносно передвигаться на ногах. В госпитале мы провели пять дней.
    На второй день нас посетили работники посольства. Наши все остались в пустыне, работа продолжалась. Мне, поскольку я был старшим на машине и находился рядом с полковником Абделой, который управлял машиной, был задан вопрос: "Кто или что, по-вашему, послужило причиной аварии?" При этом работники посольства пояснили, что если в аварии виноват представитель арабской стороны, то можно предъявить иск на возмещение полученного ущерба. Да и с политической точки зрения российской стороне не очень выгодным было брать вину на себя, поскольку речь шла о заключении контракта.
    Посторонний щелчок в кормовой части машины не давал мне покоя, была связь между ним и дальнейшим неуправляемым движением БМП. О чем я и сказал, и еще о том, что у меня нет претензий к представителю арабской стороны по качеству управления машиной. Возможно, наше решение взять вину на себя сыграло какую-то роль в дальнейшем выборе арабов.
    Надо отдать должное качеству нашей машины - после такого жуткого переворота ее поставили с помощью другой БМП на гусеницы, она благополучно своим ходом заехала на трейлер, съехала с него на базе в армейском центре Суехан. При разборке машины было установлено, что произошла поломка оси сателлита в планетарном механизме поворота одного борта, его заклинило, и в результате машина стала практически неуправляемой".

На траки БМП-3 в ОАЭ устанавливаются асфальтоходы
    79. На траки БМП-3 в ОАЭ устанавливаются асфальтоходы

« Назад        Далее »